Влияние содержания иттрия на свойства спеченных магнитов Nd–Dy–Y–Fe–Co–B
Исследовано влияние легирования иттрием на свойства спеченных магнитов Nd–Dy–Y–Fe–Co–B. Показано, что с увеличением содержания иттрия уменьшается коэрцитивная сила по намагниченности и по индукции. Величина прямоугольности кривой размагничивания несколько увеличивается. Величины остаточной индукции и намагниченности насыщения меняются незначительно, но имеют тенденцию к возрастанию с увеличением содержания иттрия. Таким образом, иттрий является нежелательной примесью в термостабильных магнитах для навигационных приборов.
Введение
С расширением спектра задач для искусственных спутников Земли изменяются также требования к точности их положения, а следовательно, и к их навигационным системам. Например, высокие требования предъявляются к точности позиционирования космических аппаратов, на борту которых установлены оптические приборы (такие как телескопы и камеры высокого разрешения), а также спутниковые системы навигации. Решающее значение для точности навигационных приборов спутников имеет точность их чувствительных элементов – гироскопов [1]. Несмотря на активное развитие в современной навигационной технике таких направлений, как оптоволоконные, лазерные и микромеханические гироскопы, до сих пор в преобладающей части систем навигации летательных и космических аппаратов в качестве чувствительных элементов используются классические механические гироскопы. Среди них одними из самых эффективных (как по соотношению стоимость/точность, так и по массогабаритным характеристикам) являются динамически настраиваемые гироскопы (ДНГ) [1], среди которых есть трехстепенные гироскопы с внутренним упругим кардановым подвесом. Специфическая особенность ДНГ – возможность точной и стабильной компенсации угловой жесткости упругих элементов подвеса с помощью инерционного момента кольца при отклонении ротора относительно оси приводного вала. Точная компенсация обеспечивается при выполнении так называемого условия динамической настройки. По сравнению с поплавковыми гироскопами ДНГ имеют преимущества по массогабаритным характеристикам и стоимости, поэтому в настоящее время ДНГ широко применяют в качестве чувствительных элементов гиростабилизированных платформ, бесплатформенных инерциальных систем и блоков, гиротахометров, а также систем бортовых курсовых вертикалей и гироинклинометров [1]. Как правило, изготовление и настройку гироскопических приборов выполняют на современных прецизионных испытательных стендах, измерительные системы которых включают прецизионные оптические устройства и цифровые системы обработки информации в реальном времени, а также точные приводные системы, обеспечивающие высокую точность калибровки. Поэтому они являются достаточно сложными и дорогими устройствами, цена которых составляет более 100000 долл., что приводит к увеличению себестоимости изготовления и испытаний гироскопов [2]. Известны ДНГ, применяемые в измерителях абсолютной угловой скорости. Недостаток данного устройства – наличие погрешности масштабного коэффициента, вызванной изменением коэффициента передачи датчика момента при изменении температуры окружающей среды. Основная доля этой погрешности обусловлена изменением характеристик постоянных магнитов, входящих в конструкцию датчика момента, при изменении температуры [3]. Таким образом, необходимы магниты, свойства которых минимально меняются с изменением температуры [3]. Другое требование – увеличение магнитной индукции в зоне расположения катушек датчика момента ДНГ, т. е. создание генератора сигнала, амплитуда которого прямо пропорциональна магнитной индукции в рабочем зазоре датчика момента в данный момент времени и не зависит от взаимного положения ротора и статора. Таким образом, можно сформулировать три основных требования к материалам магнитов: минимальная зависимость их свойств от температуры, максимально возможная величина намагниченности и равномерная величина намагниченности по внешнему диаметру кольцевого магнита. Равномерную величину намагниченности по внешнему диаметру может обеспечить только кольцевой магнит с радиальной текстурой (КМРТ), но не кольцо, собранное из отдельных сегментов, диаметрально намагниченных. Максимальную величину поля в зазоре ДНГ может обеспечить магнит с максимальной величиной намагниченности насыщения (4πIS). Цельные КМРТ любого диаметра могут быть изготовлены только из спеченных материалов систем Nd–Dy–Fe–Co–B и Pr–Dy–Fe–Co–B [4–8]. Однако вместо диспрозия, неодима и празеодима можно использовать другие редкоземельные металлы (РЗМ) – главное, чтобы существовало соединение R2Co14B. Данное соединение существует только для R: La, Pr, Nd, Sm, Gd, Tb, Y [9].
Согласно законам механики, скорость поворота оси ДНГ обратно пропорциональна его собственной угловой скорости [10]. Погрешность гироскопа измеряется скоростью ухода его оси от первоначального положения, которая обычно измеряется в угловых градусах за единицу времени, например за час. Лучшие современные ДНГ имеют уход 10–4–10–5 градусов в час [10]. В ДНГ за счет подбора моментов инерции рамок подвеса и угловой скорости вращения ротора осуществляется компенсация упругих моментов подвеса, приложенных к ротору. К достоинствам ДНГ следует отнести их миниатюрность, высокую стабильность показаний и относительно невысокую среднюю стоимость [10], которая в России составляет ~2000 долл. [11]. К достоинствам ДНГ также относятся: технологичность конструкции, повышенная надежность, возможность функционирования в широком диапазоне температур (от –55 до +120 °С), высокие характеристики точности (~(0,01–0,1) градусов в час), большой ресурс работы (от 10000 ч) и малая потребляемая мощность [12]. Недостатками ДНГ являются меньшие ударостойкость и вибрационная прочность, вариативность вида передаточной функции ДНГ на низких частотах при изменении условий, низкая помехозащищенность [12]. Кратко остановимся на тенденциях развития современной гироскопии. В настоящее время созданы настолько точные гироскопические системы, что дальнейшего повышения точности многим потребителям уже не требуется, а сокращение средств, выделяемых для военно-промышленного комплекса в бюджетах ведущих мировых стран, резко повысило интерес к массовым гражданским применениям гироскопической техники. Наконец, выдающийся прогресс в области высокоточной спутниковой навигации сделал ненужными автономные средства навигации в тех случаях, когда сигнал со спутника может приниматься непрерывно. В настоящее время большинство навигационных задач с очень высокой точностью (доли метра) решаются с помощью GPS (Global Position System) и ГЛОНАСС. При этом исчезает необходимость в использовании даже курсовых гироскопов, так как сравнение показаний двух приемников спутниковых сигналов, установленных на расстоянии в несколько метров (например, на крыльях самолета) позволяет получить информацию о повороте самолета вокруг вертикальной оси. Следует констатировать, что эволюционное развитие классической навигации завершено, при этом главным образом обеспечены узкоспециальные потребности военно-промышленного комплекса и вынужденно сменяются приоритеты развития – в виде конкуренции спутниковых навигационных систем. Именно поэтому внимание специалистов в области гироскопии сосредоточено на поиске нетрадиционных областей применения этих приборов. Эксплуатационные характеристики ДНГ в значительной степени определяются точностью оценивания параметров гироскопа в процессе калибровки. Для аттестации гироскопа используются различные испытательные стенды, обеспечивающие калиброванные воздействия путем вращения корпуса гироскопа с большими угловыми скоростями и заданием линейных постоянных или вибрационных ускорений. Последние частично имитируют установкой гироскопа в различные фиксированные положения относительно географической системы координат. Статический многопозиционный метод калибровки является одним из широко применяемых методов оценки параметров ДНГ. Как правило, изготовление и настройку гироскопических приборов выполняют на современных прецизионных испытательных стендах [2], измерительные системы которых включают прецизионные оптические устройства и цифровые системы обработки информации, а также точные приводные системы, обеспечивающие высокую точность калибровки. Поэтому они являются достаточно сложными и дорогими устройствами, цена которых составляет >100000 долл., что приводит к повышению себестоимости изготовления и испытаний гироскопа. С момента создания ДНГ их конструкция претерпела множество изменений, благодаря которым достигнута предельно эффективная работа гироскопов. Поэтому актуальным становится вопрос минимизации погрешностей, не связанных с конструкцией, уже существующих ДНГ. Систематические составляющие дрейфа ДНГ определяются различными факторами. Одним из наиболее прогнозируемых факторов с точки зрения их возможного влияния на нестабильность дрейфа гироскопа от запуска к запуску является ориентация на магнитно-гистерезисном роторе привода вектора его намагниченности. В работе [1] поставлена задача уменьшения дрейфа ДНГ от запуска к запуску путем уменьшения составляющей, связанной с положением вектора намагниченности ротора двигателя. Для этих целей проведены экспериментальные исследования, подтверждающие наличие и повторяемость описанного явления и позволяющие провести количественную оценку его влияния на дрейф ДНГ, а также испытана методика минимизации данной погрешности на отдельно взятых ДНГ [1]. Следует отметить, что частота вращения ротора ДНГ варьируется в широких пределах и меняется от 7000 до 30000 об/мин [13]. Важным моментом является то, что в ДНГ применяются термостабильные КМРТ. Ранее такие магниты делали из термостабильного материала Sm–Co марки КС-26, однако из этого материала невозможно изготовить цельные КМРТ, поэтому делали из призм сектора́ и собирали из них КМРТ (обычно из 8 секторов). Но такое кольцо неоднородно по текстуре, поэтому оно неоднородно по значению магнитного поля на поверхности кольца и в приборе [4]. Помимо стабильности характеристик немаловажными также являются такие характеристики, как диапазон измерения угловых скоростей (˃2000 градусов в секунду) и частотный диапазон (˃100 Гц). Гироскопы, обладающие такими характеристиками, применяются на высокодинамичных объектах. Традиционные гирокомпасы относятся к высокоточным дорогим приборам с большой массой и карданным подвесом. Начиная с 1980-х гг. выявлена возможность создания этих приборов на основе нероторных гироскопов (лазерных или волоконно-оптических) как технических средств, позволяющих существенно снизить производственные и эксплуатационные расходы. Тем не менее к достоинствам ДНГ следует отнести их миниатюрность, высокую стабильность показаний, относительно невысокую стоимость.
Работа выполнена в рамках реализации комплексной научной проблемы 11.1. «Термостабильные магнитотвердые материалы и математические модели расчета их температурных характеристик для навигационных приборов нового поколения» («Стратегические направления развития материалов и технологий их переработки на период до 2030 года») [14].
Материалы и методы
В вакуумной индукционной печи ВИАМ-2002 с применением шихтовых материалов выплавляли слитки на основе неодима НМ-1 (ТУ 48-4-205–72), диспрозия металлического ДиМ-1 (ГОСТ 23862,13–79), иттрия металлического (ТУ 48-4-208–72), кобальта К0 (ГОСТ 123–2008), железа АРМКО типа 1 (ТС008789-176–2009). Для плавки готовили набивной тигель с рабочим слоем из инертной керамики на основе оксида циркония, стабилизированного оксидом иттрия, емкостью 10 кг (по железу). Бор вводили в плавку в виде лигатуры ферробора состава Fe88,7B11,3 (здесь и далее – % (по массе)). Сплавы выплавляли в вакуумной индукционной печи в атмосфере аргона. Слитки дробили до размера 630 мкм в атмосфере аргона. Тонкий помол проводили в центробежно-планетарной мельнице САНД-1 в течение 25 мин в среде помольной жидкости – трифтортрихлорэтана (C2F3Cl3) с температурой кипения 47,5 °С. Заготовки магнитов в виде призм получали прессованием с приложением магнитного поля 800 кА/м перпендикулярно усилию прессования. Спекание заготовок проводили в вакуумной печи СНВЭ 1.3.1/16 И3 при температуре 1130 °С в течение 1 ч в вакууме (10–5 мм рт. ст.). Из спеченных магнитов изготавливали образцы сферической формы размером 2–3 мм. Плотность определяли взвешиванием в дистиллированной воде и на воздухе [15]. Измерения свойств образцов проводили на вибрационном магнитометре типа «Меридиан» в полях до 1600 кА/м при температуре 20 °С. Образец ориентировали текстурой параллельно магнитному полю электромагнита. Размагничивающий фактор для сферического образца и других форм находили по формулам, приведенным в работах [16–18].
Результаты и обсуждение
На рисунке представлены кривые размагничивания по намагниченности и по индукции, измеренные при комнатной температуре для образцов с различным содержанием иттрия. Содержание остальных элементов не изменялось. Видно, что с увеличением содержания иттрия достаточно резко уменьшается коэрцитивная сила по намагниченности и по индукции.

Кривые размагничивания по намагниченности 4πI(●) и по индукции B(●)
спеченных материалов составов: (Nd0,16Dy0,38Y0,47)14,65(Fe0,74Co0,26)78,58B6,77 (а), (Nd0,31Dy0,37Y0,32)14,74(Fe0,74Co0,26)78,42B6,84 (б), (Nd0,47Dy0,37Y0,16)15,01(Fe0,74Co0,26)78,43B6,56 (в)
и (Nd0,64Dy0,36)15,06(Fe0,74Co0,26)78,18B6,76 (г)
Основные результаты (включая фактор прямоугольности кривой размагничивания) представлены в табл. 1. Фактор прямоугольности кривой размагничивания (SF) определяли по формуле
где Hk – магнитное поле, при котором намагниченность составляет 90 % от величины остаточной намагниченности; Hci – коэрцитивная сила по намагниченности [19].
Поле Hk также называют «полем колена». Как видно из данных табл. 1, фактор прямоугольности растет с увеличением содержания иттрия; величина плотности спеченного материала (ρ), наоборот, уменьшается с увеличением содержания иттрия.
Для материала Pr16Fe76B8 при температуре 298 К параметр SF = 0,93, а при температуре 373 К – SF = 0,90 [19]. Для материала Pr15,30Fe75,22Co3,20Cu0,40Nb0,08B5,80 при температуре 298 К параметр SF = 0,78, а при температуре 373 К – SF = 0,73 [20]. Отсюда можно сделать вывод, что легирование кобальтом уменьшает величину параметра SF.
Таблица 1
Свойства спеченных материалов системы Nd–Dy–Y–Fe–Co–B
в зависимости от состава при температуре 20 °С
Условный номер состава | Состав материала, % (атомн.) | SF | ρ, кг/м3 | Hci, кА/м | HcB, кА/м | Br, мТл | 4πIS, мТл |
1 | (Nd0,16Dy0,38Y0,47)14,65(Fe0,74Co0,26)78,58B6,7 | 0,73 | 7380 | 77 | 77 | 758 | 771 |
2 | (Nd0,31Dy0,37Y0,32)14,74(Fe0,74Co0,26)78,42B6,84 | 0,44 | 7460 | 161 | 71 | 593 | 666 |
3 | (Nd0,47Dy0,37Y0,16)15,01(Fe0,74Co0,26)78,43B6,6 | 0,33 | 7580 | 649 | 521 | 760 | 765 |
4 | (Nd0,64Dy0,36)15,06(Fe0,74Co0,26)78,18B6,76 | 0,47 | 7820 | 921 | 560 | 743 | 783 |
В работе [21] исследованы материалы, представленные в табл. 2.
Таблица 2
Свойства магнитов системы Pr–Fe–Co–B в зависимости
от содержания кобальта и бора по данным работы [23]
Условный номер состава | Состав материала, % (атомн.) | SF | Hci, кА/м | HcB, кА/м | Br, мTл |
1 | Pr14Fe79,9Nb0,1B6 | 0,68 | 1249 | 836 | 1170 |
2 | Pr14(Fe0,80Co0,20)81,9Nb0,1B4 | 0,24 | 676 | 501 | 1000 |
3 | Pr14(Fe0,80Co0,20)80,9Nb0,1B5 | 0,70 | 684 | 589 | 1200 |
4 | Pr14(Fe0,80Co0,20)79,9Nb0,1B6 | 0,75 | 637 | 549 | 1250 |
5 | Pr14(Fe0,80Co0,20)78,9Nb0,1B7 | 0,73 | 700 | 637 | 1240 |
6 | Pr14(Fe0,79Co0,21)77,9Nb0,1B8 | 0,61 | 987 | 700 | 1090 |
Как видно из данных табл. 2, с увеличением содержания кобальта в составе 2 величина параметра SF уменьшается в 2,8 раза, но следует учесть содержание бора. Когда содержание бора становится таким, как в составе 1, величина параметра SF = 0,75 (состав 4) даже больше, чем в составе 1. При этом становится максимальным и значение Br. Таким образом, в исследованных в работе [21] пределах изменения кобальта его содержание не влияет на величину параметра SF. Однако дальнейшее увеличение содержания бора опять снижает величину параметра SF (составы 5 и 6). В работе [19] показано, что в пределах содержания кислорода от 0,15 до 0,195 % (по массе) в магнитах состава Pr15,78Fe75,67Al0,5B8,05, величина параметра SF увеличивается с 0,57 до 0,66. При этом значения Hci и коэрцитивной силы по индукции (HcB) несколько возрастают. В работе [22] исследовано влияние содержания празеодима на величину параметра SF. Материал состава Pr14,5Fe78Zr0,5B7 имеет величину SF = 0,90, а материал состава Pr16Fe75,5Zr0,5B8 – величину SF = 0,96 [22]. Однако с увеличением содержания празеодима уменьшается величина Br с 1,23 до 1,19 Тл, а величина Hci – с 0,72 до 0,67 Тл. Легирование церием ухудшает величину параметра SF [23]. Так, материал состава (Pr, Nd)30,5Fe67,5M1B1,0 имеет величину параметра SF = 97,4, а материал состава [(Pr,Nd)0,73Ce0,27]30,5Fe67,5M1B1,0 – меньшую величину параметра SF = 94,3 (в данном случае составы даны в % (по массе), а М обозначает примесь алюминия, меди, галлия, циркония) [23]. Кроме того, показано, что легирование церием значительно снижает значения величин Br и Hci [23].
Заключения
Уменьшение плотности материала с увеличением содержания иттрия, по-видимому, связано с тем, что атомная масса составляет, а. е. м.: 88,9 – для иттрия, 144,2 – для неодима, 162,5 – для диспрозия, т. е. иттрий в ~2 раза легче, чем неодим и диспрозий. Кроме того, магнитный момент иона Y3+ как в соединении R2Fe14B, так и в соединении R2Co14B, равен нулю [24]. В работе [25] показано, что в соединении (Y1–xNdx)2Co14B величина энергии анизотропии резко уменьшается с уменьшением содержания неодима и при x = 0,4 она становится равной нулю. В исследованных материалах (табл. 1) содержание кобальта достаточно высокое, что может служить объяснением значительного уменьшения коэрцитивной силы с увеличением содержания иттрия аналогично результатам работы [25]. По-видимому, из-за достаточно высокого содержания кобальта в исследованных материалах реализуется не анизотропия «легкая ось» или «легкая плоскость», а что-то среднее, что приводит к неколлинеарному распределению намагниченности в материале. Этим можно объяснить и немонотонное изменение намагниченности насыщения и остаточной индукции с увеличением содержанием иттрия, показанное в табл. 1. В заключение следует констатировать, что легирование иттрием (или его примесь в материале) является нежелательным, поскольку приводит к уменьшению величины коэрцитивной силы как по намагниченности, так и по индукции. При этом величина остаточной индукции практически не зависит от его содержания.
- Чиркин Д.С., Рословец П.В., Татаринов Ф.В., Новиков Л.З. Уменьшение дрейфа динамически настраиваемого гироскопа от запуска к запуску // Инженерный журнал: наука и инновации. 2017. № 1 (61). Ст. 08. DOI: 10.18698/2308-6033-2017-01-1579.
- Синюань Т., Подчезерцев В.П. Алгоритмы аттестации динамически настраиваемого гироскопа в условиях реальной ориентации относительно географической системы координат // Инженерный журнал: наука и инновации. 2017. № 10 (70). Ст. 14. DOI: 10.18698/2308-6033-2017-10-1691.
- Динамически настраиваемый гироскоп: пат. RU 2687169 C1; заявл. 17.04.18; опубл. 07.05.19.
- Каблов Е.Н., Пискорский В.П., Бурханов Г.С., Валеев Р.А., Моисеева Н.С., Степанова С.В., Петраков А.Ф., Терешина И.С., Репина М.В. Термостабильные кольцевые магниты с радиальной текстурой на основе Nd(Pr)–Dy–Fe–Co–B // Физика и химия обработки материалов. 2012. № 3. С. 43–47.
- Пискорский В.П., Валеев Р.А., Королев Д.В., Моргунов Р.Б., Резчикова И.И. Влияние легирования тербием и гадолинием на термостабильность и магнитные свойства спеченных материалов Pr–Tb–Gd–Fe–Co–B // Труды ВИАМ. 2019. № 7 (79). Ст. 07. URL: http://viam-works.ru (дата обращения: 15.10.2021). DOI: 10.18577/2307-6046-2019-0-7-59-66.
- Моргунов Р.Б., Пискорский В.П., Валеев Р.А., Королев Д.В. Температурная стабильность редкоземельных магнитов, поддерживаемая с помощью магнитокалорического эффекта // Авиационные материалы и технологии. 2019. № 1 (54). С. 88–94. DOI: 10.18577/2071-91-40-2019-0-1-88-94.
- Мин П.Г., Вадеев В.Е., Пискорский В.П., Крамер В.В. Разработка технологии выплавки сплавов системы РЗМ–Fe–Co–B с высокой чистотой по примесям для термостабильных магнитов // Труды ВИАМ. 2016. № 1 (37). Ст. 01. URL: http://viam-works.ru (дата обращения: 15.10.2021). DOI: 10.18577/2307-6046-2016-0-1-3-9.
- Королев Д.В., Столянков Ю.В., Пискорский В.П., Валеев Р.А., Бахметьев М.В., Дворецкая Е.В., Коплак О.В., Моргунов Р.Б. Магнитные свойства и полосовые домены в микрополосках PrDyFeCoB // Авиационные материалы и технологии. 2021. № 3 (64). Ст. 08. URL: https://journal.viam.ru (дата обращения: 15.10.2021). DOI: 10.18577/2713-0193-2021-0-3-86-93.
- Herbst J.F. R2Fe14B materials: intrinsic properties and technological properties and technological aspects // Reviews of Modern Physics. 1991. Vol. 63. No. 4. P. 819–898.
- Мартыненко Ю.Г. Тенденции развития современной гироскопии // Соросовский образовательный журнал. 1997. № 11. С. 120–127.
- Блажнов Б., Несенюк Л., Пешехонов В., Старосельцев Л. Миниатюрные интегрированные системы // Электроника: Наука, Технология, Бизнес. 2001. № 5. С. 56–59.
- Королев М.Н. Исследование технических характеристик современных типов датчиков угловой скорости // Тезисы 12-й Междунар. науч.-техн. конф. «Приборостроение-2019». М., 2019. С. 21–23.
- Голованов В.А. Гироскопическое ориентирование. СПб.: Санкт-Петербургский государственный горный институт, 2004. 92 с.
- Каблов Е.Н. Инновационные разработки ФГУП «ВИАМ» ГНЦ РФ по реализации «Стратегических направлений развития материалов и технологий их переработки на период до 2030 года» // Авиационные материалы и технологии. 2015. № 1 (34). С. 3–33. DOI: 10.18577/2071-9140-2015-0-1-3-33.
- Определение плотности тел гидростатическим взвешиванием: метод. рекомендации. Иркутск: Иркутск. гос. ун-т, 2003. C. 1–9.
- Лаптева К.А., Толмачев И.И. Расчет размагничивающего фактора при продольном намагничивании в магнитопорошковой дефектоскопии // Известия Томского политехнического университета. 2012. Т. 321. № 2. С. 140–144.
- Sato M., Ishii Y. Simple and approximate expressions of demagnetizing factors of uniformly magnetized rectangular rod and cylinder // Journal of Applied Physics. 1989. Vol. 66. No. 2. P. 983–985.
- Chen Du-Xing, Brug J.A., Goldfarb R.B. Demagnetizing factor for cylinder // IEEE Transactions on Magnetics. 1991. Vol. 27. No. 4. P. 3601–3619.
- Faria R.N., Takiishi H., Lima L.F.C.P., Costa I. Praseodymium-based HD-sintered magnets produced using a mixture of cast alloys // Journal of Magnetism and Magnetic Materials. 2001. Vol. 237. P. 261–266.
- Périgo E.A., Takiishi H., Motta C.C., Faria R.N. On the squareness factor behavior of RE–FeB (RE = Nd or Pr) magnets above room temperature // IEEE Transactions on Magnetics. 2009. Vol. 45. No. 10. P. 4431–4434.
- Angelo J.D., Motta C.C., Barbosa L.P. et al. The effect of niobium and boron content on magnetic properties and corrosion resistance of Pr–Fe–Co–B–Nb HD magnets // Material Science Forum. 2008. Vol. 591–593. P. 96–101.
- Corfield M.R., Williams A.J., Harris I.R. The effects of long term annealing at 10008C for 24 h on the microstructure and magnetic properties of Pr–Fe–B/Nd–Fe–B magnets based on Nd16Fe76 B8 and Pr16Fe76B8 // Journal of Alloys and Compounds. 2000. Vol. 296. P. 138–147.
- Zhang Y., Ma T., Jin J. et al. Effect of REFe2 on microstructure and magnetic properties of Nd–Ce–Fe–B sintered magnets // Acta Materialia. 2017. Vol. 128. P. 22–30.
- Sinnema S., Franse J.J.M., Radwanski R.J. et al. Magnetic measurements on R2Fe14B and R2Co14B compounds in high fields // Journal de Physique. 1985. Vol. 46. P. C6-301–C6-304.
- Kakol Z., Kapusta C., Figiel H. The Nd contribution to the magnetocrystalline anisotropy of (Y1–xNdx)2Co14B compounds // Journal of Magnetism and Magnetic Materials. 1988. Vol. 75. P. 141–148.
